gmorder (gmorder) wrote,
gmorder
gmorder

Category:

Плохая девочка, или даже две

Tr3iBaMS_wI


Жила-была в Англии в начале XVIII века Мэри Рид. С родителями ей не так, чтоб повезло. Муж ее матери завербовался во флот, оставив жену с маленьким сыном. Молодая горячая дама сходила налево, и обнаружила, что залетела.
— Пиздец нехорошо получается, — сказала она. — Муж два года, как в море, а я тут рожаю от него детей.

Но делать нечего: родилась девочка Мэри. Блудный супруг так и не появился. Когда Мэри исполнилось три года, умер старший братишка. А когда стукнуло пять — выяснилось, что мамаша весело пробухала все сбережения. Дама задумалась, что делать, и решила спихнуть ребенка на воспитание матери пропавшего мужа. Но вот досада: бабушка знала о наличии внука, а не внучки.

— Девочка, мальчик — какая хуй разница? — решила мамаша. — Все равно, пока сиськи не отросли, их и не различишь даже.
Она переодела Мэри в мужскую одежду, и строго предупредила:
— Делай вид, что ты пацан, иначе бабка тебя на улицу выкинет. Пойдешь тогда в проститутки, хуи по подворотням сосать за три копейки.
— Нет уж, лучше в прапорщики, — рассудила не по годам умная девочка.


До 13 лет Мэри удавалось обманывать подслеповатую бабушку. Потом объявилась мама, и пристроила ее грумом к богатой даме.
— Ишь ты, какой пупсик миленький, — восхищалась дама. — Подрастешь немножко, и будешь спать со мной.
— Да ёб же ж вашу мать, сплошной харрасмент, — возмутилась Мэри. — Как тяжело, однако, живется хрупким мужикам.

Поэтому в 16 лет окончательно решила стать прапорщиком, и, назвавшись Марком Ридом, завербовалась в кавалерию. Она воевала во Фландрии наравне с мужиками, и показала себя храбрым воином. И всем был хорош молодой солдатик, да только в общую баню ходить отказывался.
— Да не бойся ты, чо мы там у тебя не видели, — говорили ему товарищи. — Ну жопа у тебя посвежее, чем у нас. Так дело-то житейское.
— Нет уж, я отдельно, — настаивал Марк.
— Видать, у него хер маленький, переживает, — решили солдаты, и больше Марка не трогали.

Но тут вдруг к нему стал приставать высокий здоровый фламандец. То по заднице шлепнет, то в углу зажмет.
— Да ты пипидастр, что ли? — со всей воинской суровостью спросил Марк.
— Пипидастр не пипидастр, а в ласке нуждаюсь, — вздохнул фламандец. — Так что считай, пипидастр.

— Ну не повезло тебе. Я ж баба, — признался Марк, и для убедительности показал сиськи. — Так что отвали, развратник мерзкий, не видать тебе моей задницы.
— Невыразительные какие-то, — сказал фламандец, созерцая от силы первый размер. Но баба так баба. Это даже лучше.
— А, ну ладно, — кивнула Мэри. — Ты только другим не говори, а то не заебут, так затрахают.
— Хорошо. Пусть думают, что у нас суровая мужская любовь, так брутальнее и достойнее, — согласился парень.

Поселились они в одной палатке, и оттуда на зависть всем каждую ночь неслись вопли и стоны.
— Вот бля дают, потомки спартанцев, — завидовали товарищи. — Может, и нам оскоромиться? А чо такого?

В итоге весь кавалерийский полк переебался между собой, и спасибо, хоть лошадей не тронули. Солдаты ходили с накрашенными губами, шлепали друг друга по попкам и называли праааативными. И тогда Марк с другом объявили, что сочетаются законным браком.
— Вот это, бля, толерантность, — восхитились сослуживцы. — Первый гей-брак в истории Европы! Куда там двадцать первому веку.

Пришли они все на свадьбу, украсив мундиры цветами и подведя стрелки на глазах.
— Мы вам сказать хотели, — сообщил Марк. — У нас не гей-брак, а очень даже натуральный, потому что я баба, и зовут меня Мэри.
— Пиздец. Неувязочка вышла. — немного огорчились кавалеристы. — Мы тут из-за вас все пипидастрами стали.
— Да хуйня, мы вас и такими любим, — утешили новобрачные. — В конце концов, у нас Европа просвещенная, а не какая-нибудь там Азия.

Открыли они под стеной крепости гей-бар под названием «Конская упряжь», и стали неплохо зарабатывать, продавая коктейль «Секс на пляже» и крутя круглые сутки «Голубую луну». Но потом какой-то пипидастр в плохом смысле слова грохнул по пьянке мужа Мэри. А дальше начальство, заебавшись наблюдать этот вертеп с однополым блядством, расформировало гарнизон.

— Поеду я в Америку, — решила Мэри. — Может, за Вандербильда замуж выйду или там за Рокфеллера.
Привычно переоделась в мужской костюм, и завербовалась матросом на корабль, шедший в Америку. Но в море судно захватили пираты во главе с Ситцевым Джеком и Энн Бонни.
— Кто хочет, тот идет ко мне в добровольцы, — объявил Ситцевый Джек. — Кто не хочет в добровольцы, тот идет на корм акулам.

Мэри на корм акулам не хотела, поэтому присоединилась к пиратам. Тут ее и присмотрела Энн Бонни, у которой сексуальные аппетиты были лучше, чем пищевой аппетит у акулы. Зажав красавчика в трюме, она сказала:
— Быстро меня трахай, иначе…
— На корм акулам, помню, — проворчала Мэри, раздумывая, как объяснить капитанской жене отсутствие наличия у себя хуя.

Помощь пришла, откуда не ждали: в трюм ворвался Ситцевый Джек с саблей наперевес, и заблажил:
— Ах ты, мудачина, бабу мою выебать желаешь?
— Да не желаю, бля, успокойтесь уже оба, — рявкнула Мэри, и для убедительности показала сиськи.
— Вот видишь, — с облегчением выдохнула Энн, которая, конечно, мужа не боялась, но и обижать не хотела. — Вечно ты придумаешь хуйню всякую. А мы просто лесбиянки.

— Невыразительные какие-то, — пробурчал Ситцевый Джек, разглядывая сиськи Мэри. — У Энн лучше. Но что теперь с тобой делать? Ладно, продолжай изображать мужика.

Мэри так и делала. Но вдруг влюбилась в корабельного плотника. Пока она раздумывала, как бы затащить его в койку, с ним поссорился здоровенный матрос. Моряки назначили дуэль.
— Нет уж, блядь. Одного моего мужика уже угондонили, — решила Мэри. — Второго я в обиду не дам. Мужики, они ж хрупкие, их защищать надо.

И сама вызвала матроса на дуэль. Пиздила его два часа, но силы были равны. Тогда Мэри для убедительности показала матросу сиськи.
— Это чо за херня такая? — остолбенел парень. — Невыразительные какие-то…
Воспользовавшись этим, Мэри отрубила ему башку. Потом подошла к возлюбленному и сказала:
— Не бойся. Я тебя защищать буду.

Все у них с плотником сладилось, и Мэри даже подумывала о том, чтобы осесть на берегу. Но тут корабль Ситцевого Джека захватила флотилия губернатора Ямайки. Состоялся суд, и всех приговорили к повешению. Напрасно Мэри для убедительности показывала судьям сиськи, и Энн Бонни тоже присоединилась. Суд был непоколебим. Пиратов повесили, а бабам дали отсрочку, потому что обе беременные были.

— Вы родите спокойно, а потом уж мы вас повесим, — сказали судьи.
Но Мэри назло всем умерла в тюрьме от родильной горячки. Судьба Энн Бонни неизвестна.
Такая грустная история.

© Диана Удовиченко




Tags: мат перемат
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo gmorder june 23, 19:43 10
Buy for 200 tokens
Огромная просьба к читателям помочь. К сожалению при текущем положении дел, у меня возникла проблема с выплатой кредитов, которые как я уже пояснял были в подавляющем большинстве взяты на сопутствующие расходы по лечению раненых. Теперь эта гиря висит постоянно, я стараюсь сам справляться с ними,…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments