gmorder (gmorder) wrote,
gmorder
gmorder

Category:

Про вкусы благородные и не очень



А знаете ли вы, что пресловутые «морепродукты» считаются предметами «элитной кухни» с довольно недавнего времени? В том смысле, что пресловутые омары (лобстеры), устрицы и даже икра – в общем, все, что сейчас за очень хорошие деньги подают в дорогих ресторанах и за что дерут огромные деньги – еще лет 150 назад считалось «едой бедняков». (150 лет тут, кстати, не случайное число – об этом будет ниже.) В том смысле, что ими питались только обитатели морских побережий, да и то, те, кому не хватало средств на «нормальную пищу». Скажем, тех же лобстеров … давали заключенным североамериканских колоний. Но даже это применение «морских раков» было еще самым «высоким»: обычно их пускали… на удобрение полей. (Впрочем, чего туда только не пускали!)

То же самое относится и к устрицам, кои в обилии водились на побережье  Франции или  Британии. Поэтому  Диккенс, например,  писал: «Бедность и устрицы всегда идут будто рука об руку».  А, например, попытки заменить ими ту же рыбу в похлебке для «более-менее» оплачиваемых рабочих устрицами обыкновенно жестко пресекались. (Рабочими) Правда, так было не везде. Скажем,  в России, где этих самых устриц никогда не было и в помине, данные молюски как раз были предметом роскоши. Однако тут были другие «забавности» подобного рода. Скажем, икра.

Поскольку даже икра осетровая где-то до конца XIX столетия тут не считалась тут особо ценной. Ну да – разумеется, речь идет (так же, как и в остальных случаях) о местах ее добычи. И рыбаки данный деликатес ценили гораздо дешевле мяса, и если была возможность – предпочитали ей более «здоровую» еду. Что же касается икры красной, то она вплоть до второй половины ХХ считалась «мусорным продуктом». В том смысле, что ее даже те, кто добывал соответствующую (лососевую) рыбу, как правило, не ели. (Скармливали собакам или свиньям, как прочую «требуху».) И лишь действия советских властей по «популяризации» данного продукта привели к тому, что к концу 1960 годов красная икра начала, потихоньку, появляться на столах. Кстати, к крабам это так же относится: вплоть до конца XIX столетия они, так же, как лобстеры (и иные ракообразные) считались «мусором», и использовались чаще в качестве удобрений.

Впрочем, подробно разбирать то, как и когда бывший «пищевой мусор» стал украшением обеденного стола, надо отдельно. (Да, в общем-то, это было сделано уже многими, и не один раз: в интернете можно найти огромное количество материалов о том, как произошел данный процесс.) Поскольку нам тут важны только два момента. Первый – это то, что случилось данное изменение отношения только после того, как указанные продукты начали доставляться в места, где их не было. (На самом деле это было и раньше: как уже говорилось, в то время, как во Франции устрицами питались только нищие, в Российской Империи их потребляла знать.) Ну, а во-вторых – когда они стали стоит относительно дорого.

Впрочем, на самом деле, это один и тот же «момент». Состоящий в том, морепродукты превратили из «собачей пищи» в украшение дорогих ресторанов ни какие-нибудь «великие кулинары», а …  железные дороги.
(Вот откуда взялись «150 лет назад» - именно в 1860-1870 годах завершилась «железнодорожная революция», связавшая все страны и континенты в единую транспортную систему.) В том смысле, что именно возможность (быстро) перевозить дешевые, но быстропортящиеся продукты сделала их дорогими в тех местах, куда их везли. А значит – крайне удобными в плане демонстрации возможностей людей, потребляющих их.

И в этом смысле, и французский аристократ, намазывающий тонкой ложечкой черную икру на маленький кусочек хлеба, и российский барин, вскрывающий особым ножиком пресловутую устрицу, делали одно и то же. А именно: показывали, что имеют на это деньги. (Пускай это было даже дома наедине: в любом случае самомнение поднималось.) А то, что в каком-нибудь волжском селе эту икру ели ложками, а устрицы, как уже говорилось, были «пищей нищих» на французском побережье, к этому всему отношения не имело. Поскольку кто их видит, этих рыбаков и «устричников»?

То есть, никакой «физический» - т.е., определяемый устройством «пищевых сосочков» и прочих особенностей человеческого организма - вкус, а так же физические критерии полезности, к ценности указанных продуктов не имели (и не имеют) никакого отношения. Точнее, наоборот – это после того, как эти самые продукты обрели свое значение в виде «деликатесов», появилось множество различных исследований, доказывающих их полезность. Например, в виде пресловутой «средиземноморской диеты» или же не менее пресловутого «здорового японского типа питания». Ну, и разумеется, разного рода художественных текстов, где авторы буквально смаковали «роскошный тип потребления», описывая пиры и завтраки элитариев. (Равно, как и остальные элементы «роскошной жизни».

В действительности же… Впрочем, в действительности ничего плохого в устрицах, в лобстерах или в «кавиаре» нет: они являют собой, в общем-то, белковые продукты, имеющие свою пищевую ценность. (Это фуа-грой можно заработать цирроз печени, а лобстерами, если они свежие – максимум расстройство пищеварения. Правда, вот с несвежими результаты могут быть много хуже – вплоть до летальных.) Однако в этих самых продуктах самих нет ничего такого, чтобы делало их сверхценными и сверхпривлекательными для человека: все т.н. «вкусы» на деле оказываются исключительно социальным фантомом. Т.е., мифической ценности, существующей исключительно благодаря особенностям общественного устройства. В котором вещи, доступные только элите, всегда являются вкусными – или, скажем, красивыми – вне того, что физически они из себя представляют.

Ну, и разумеется, подобный момент относится не только к продуктам: на самом деле практически все – за исключением небольшого количества действительно жизненно-ценных благ (воды, воздуха, оптимальной температуры, определенного количества белков-жиров-углеводов) – имеет свою ценность исключительно в смысле «обозначения социальной роли». Поэтому вопрос о «потребностях и их удовлетворении» - это, прежде всего, вопрос, относящийся к особенностям организации социальной жизни, а не к «физической реальности». Но об этом, понятное дело, надо будет говорить уже отдельно.

P.S. И конечно же, в рамках поднятой  темы, надо вспомнить про такое явление, как «имитация благородных вкусов» при помощи различных добавок. Самый яркий пример этого – «крабовые палочки» и прочие варианты сурими. Хотя на самом деле последнее – это еще наиболее безобидный случай подобного. Поскольку практически все переработанные продукты сейчас проходят через процедуру «изменения вкуса» - с добавлением множества усилителей, подстастителей, ароматизаторов и т.д.
Явление это интересно тем, что, фактически, является чистым симулякром, поскольку само указанное «благородство вкуса» - как уже было сказано выше – в действительности есть чистый «фантом». Поэтому получается такой «фантом фантома», «фантом второго порядка». Что крайне забавно. («Сухарики со вкусом черной икры» - это, фактически, символ нашей цивилизации.)

anlazz

Tags: еда, капитализм, понты
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo gmorder июнь 23, 19:43 10
Buy for 200 tokens
Огромная просьба к читателям помочь. К сожалению при текущем положении дел, у меня возникла проблема с выплатой кредитов, которые как я уже пояснял были в подавляющем большинстве взяты на сопутствующие расходы по лечению раненых. Теперь эта гиря висит постоянно, я стараюсь сам справляться с ними,…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 14 comments

Recent Posts from This Journal